В Тюменской области семья погибшей в авиакатастрофе ATR-72 14 лет спустя переживает боль от ложного сообщения о спасении
Прошло четырнадцать лет с момента трагедии с самолетом ATR-72, выполнявшего рейс из Тюмени в Сургут,但对于 одной семьи боль от этого события остаётся нестерпимой. История Галины Ложкиной, её дочери Анны Самсоновой и близких служит горьким напоминанием о том, как ложные надежды могут стать вторым ударом. Галине Борисовне на момент катастрофы, произошедшей утром 27 марта 2012 года, было 57 лет, она занимала должность начальника межрегионального отдела по надзору за взрывоопасными и химически опасными производственными объектами Северо-Уральского управления Ростехнадзора.
В день аварии Галина находилась в длительной командировке в Сургуте, но, не выдержав разлуки с беременной дочерью, вернулась в Тюмень на выходные. «Она так ждала внука, просто чтобы обнять меня. В тот понедельник она должна была улететь обратно на один день для завершения дел», — вспоминает Анна, которой на тот момент было уже шесть месяцев беременности. Как только на работе объявили о крушении борта на Сургут, у женщины возникло страшное предчувствие. Инстинктивно схватившись за живот, она поняла, что мать была на борту.
Самые мучительные часы наступили после поступления первых сводок. Семье сообщили, что Галина Ложкина выжила. «Мы кричали от счастья, плакали, благодарили небо. Но через несколько часов выяснилось, что списки перепутали. Это была вторая смерть, ещё более ужасная, чем первая. Мы хоронили её дважды», — признаётся Анна. В день похорон из-за угрозы выкидыша её даже не пустили на кладбище, и она провела последний путь матери, сидя в машине за оградой. Галина лежала в открытом гробу, выглядела спокойной, будто уснувшая. После материны похорон Анна большую部分 времени проводила в больницах, сохраняя беременность.
Её сын появился на свет 19 июня 2012 года — в день рождения своей погибшей бабушки. Из-за критического состояния Анны врачи выполнили экстренное кесарево сечение почти на месяц раньше срока. Галина Ложкина так и не увидела родного внука; сегодня ему 13 лет. После катастрофы в жизни Анны случилась новая утрата — умер её муж. Главными мужчинами в её жизни теперь стали отец, который до сих пор не может говорить о случившемся и плакал лишь в день трагедии, и повзрослевший сын.
«Сын знает о бабушке всё, мы постоянно рассказываем ему, какой сильной и любящей женщиной она была. Это помогает нам не сломаться, понимая, что они где-то рядом», — говорит Анна. Последствия травмы были долгими: около семи лет после катастрофы она панически боялась летать, закрывала глаза в самолёте, представляя падение матери.
Семья постепенно вернулась к полётам, но та командировка, которая должна была завершиться радостной встречей, навсегда разделила их жизнь на «до» и «после». Сегодня, в годовщину падения борта, близкие Галины Борисовны вновь обращаются в память к тем страшным сводкам. Галина Ложкина покоится на кладбище в Сумкино под Тобольском, в двух шагах от могилы своей собственной матери Анны Васильевны, ушедшей за два года до трагедии. Семья обустроила там большой мраморный мемориал.
